Петя и Наташа Б. (sevprostor) wrote,
Петя и Наташа Б.
sevprostor

Categories:

Поездка на судне «Михаил Сомов» к ЗФИ

На 14 мая был назначено отбытие из Архангельска. Добираться до Земли Франца-Иосифа мы должны были на судне «Михаил Сомов».



Судно в этой части будет главным действующим лицом, поэтому о нем хочу рассказать чуть подробней. Итак, это дизель-электроход, который может быть использован в ледокольном варианте при толщине сплошного льда до 70 см. В первый свой рейс судно вышло 38 лет назад. По идее, ему уже давно пора на пенсию, но покой ему только снится, так как молодежь на смену старичку не спешит. Сейчас «Михаил Сомов» занимается тем, что доставляет грузы на полярные станции, погранзаставы и тому подобное. Ну и, конечно, систематически перевозит ученых, журналистов, и прочих специалистов. Перевозит, разумеется, не бесплатно, а за достаточно большие деньги, порядка двухсот тысяч рублей с носа в один конец. Ну, или как договоришься. Оптом, может быть, получается дешевле.


В связи с тем, что Сомов — не совсем ледокол, а всего лишь судно ледового класса, весной в Арктику ему попадать проблематично, дойти своим ходом он может чуть севернее Новой Земли. Но, если надо попадать дальше, например, на ту же Землю Франца-Иосифа, то на помощь Сомову должен приходить настоящий ледокол. Собственно, в этот раз так и получилось. В связи с тем, что в мае в Ледовитом океане лежат тяжелые льды, к доставке экспедиции пришлось подключать атомный ледокол «Таймыр», который должен будет провести Сомова к архипелагу. При этом, по словам одного из участников экспедиции, аренда Сомова в сутки стоила около трех миллионов рублей, а аренда Таймыра – около пяти миллионов рублей. Черт его знает, можно ли доверять названным цифрам, но все равно ясно, что доставка людей двумя подобными судами получилась недешевой. Зачем же это понадобилось?



По словам специалистов, суть такой ранней заброски на Греэм-Белл заключается вот в чем. Во-первых, на остров надо доставлять огромное количество груза — тяжелую технику, инструменты, балки для рабочих, топливо, еду на четыре месяца, и прочий груз, вплоть до строительных материалов. Ну и конечно, помимо груза на корабле надо разместить более сотни пассажиров. Справиться с такой заброской в Арктику может далеко не каждое судно. Во-вторых, из-за особенностей акватории близ Греэм-Белла, выгружать доставленную технику можно только на лед, так как летом вплотную к берегу не подойти даже на плашкоуте – слишком мелко. Ну и, наконец, в-третьих, такая спешка объясняется тем, что Баренцево море активно подмывает низкие островные берега, и летом многие емкости, а заодно, разумеется, и ГСМ могут оказаться в океане. Промедление, по словам ученых, могло привести к экологической катастрофе. Так ли это на самом деле, не ясно до сих пор. Однако, учтя все эти факторы, специалисты решили, что выгоднее всего выходить в начале мая, выгружаться на «ледовый причал», и использовать для доставки столь серьезные и дорогие суда, как «Таймыр» и «Михаил Сомов».



Итак, отправиться мы должны были из погрузочно-разгрузочного района «Экономия», который расположен аж в 25 километрах от центра Архангельска.



Ясно, что на своих двоих туда не добраться. Поэтому, было принято решение собраться в офисе «Русской Арктики», и централизованно ехать оттуда. Так все и сделали.



Утром мы собрались в офисе. Всех участников, посылаемых Национальным Парком, отправили на брифинг. После него пару часов мы все провели в томительном ожидании, после чего, наконец, подошла машина, и мы смогли погрузить на нее свои вещи.



Вместе с нами поехал кинооператор — Максим Фейтельберг и геолог — Юрий Викторович Карякин. Люди, кстати, как оказалось, очень яркие и интересные. Фейтельберг, например, снял фильм «Три капитана» об исследователях Арктики: Седове, Русанове и Брусилове, и в этом году собирался снимать что-то не менее любопытное. А Карякин — кандидат геолого-минералогических наук, ученый секретарь геологического института РАН и просто очень увлеченный своим делом человек — вписался за копейки работать в качестве государственного инспектора «Русской Арктики», и все ради того, чтобы побывать на Греэм-Белле и взять образцы пород для своих научных изысканий.

Кстати, о госинспекторах «Русской Арктики». С ними вообще все интересно получилось. Инспекторов на острове было трое. Один из них, как уже сказано, — геолог, работающий на четверть ставки ради того, чтоб просто попасть на Греэм-Белл. При этом, он все равно был самым грамотным, ответственным и адекватным инспектором. Второй — шофер «Русской Арктики» — бывший прапорщик, который вышел на пенсию и пытается хоть где-то подработать, и которого пихнули на остров только потому, что он умеет колоть дрова и убирать снег. Так что он в принципе, ни в законодательстве, ни в природоохране — ни в зуб ногой. Ну и третий — совершенно неадекватный экземпляр, о котором мы еще долго будем рассказывать и который тоже, кстати, бывший военный. Так что с природоохранной деятельностью на острове, ясное дело, все было очень сложно. Ну да об этом речь еще пойдет в следующих частях.



К кораблю мы попадали через КПП. Предъявив документы на себя, а также на собаку, мы мгновенно прошли на территорию порта, а затем на автобусе доехали до судна.









Возле Сомова уже толпились рабочие, которые и будут заниматься той самой пресловутой «очисткой Арктики». По какой-то причине их не пустили сразу на корабль, и им пришлось стоять рядом со своими вещами и терпеливо дожидаться, пока начальство до них снизойдет.





Попав на корабль, мы первым делом осведомились — как нам быть с нашим песиком и можно ли его держать у себя в каюте, на что нам было сказано, что собака должна находиться в клетке, на корме судна, и никак иначе. Ну, что поделаешь, придется бедному Севе неделю сидеть вдали от нас и привыкать к самостоятельности. К счастью, на судне едет еще один зверь — четырехмесячный щенок, который составит нашему страдальцу компанию.







Тем не менее, пока не попали в каюты, Севу мы держали при себе, и он сразу стал местной звездой: все операторы снимали только его. И даже у меня умудрились взять интервью, спрашивая, как я отношусь к тому, что буду единственной женщиной на острове. Этот вопрос, надо сказать, интересовал всех: как я буду несколько месяцев находиться в окружении шестидесяти с лишком мужчин? Как будто я знала, что на это ответить. Я вообще-то впервые должна была оказаться в такой ситуации. Тем не менее, мне это не казалось чем-то экстраординарным — ну а что такого? Какая разница, какого пола будут люди. В окружении шестидесяти женщин на краю земли все может быть не менее просто, а может даже и наоборот.





А погрузка тем временем «шла полным ходом»: операторы снимали порт, журналисты брали интервью, пассажиры пытались найти свои каюты…















А Петька вместе с Карякиным таскал вещи на корабль. И как только они все подняли наверх, подъехали сотрудники «Русской Арктики» с новой порцией груза. К счастью, его оказалось не так много, да и к переноске подключились новые люди.







Затем нам показали наши каюты. Выяснилось, что я буду жить вместе с местной буфетчицей в ее личной двухместной каюте. Очень уютной, к счастью. И буфетчица оказалась очень доброй и отзывчивой женщиной. Словом, мне повезло. А вот Петька вместе с некоторыми другими сотрудниками «Русской Арктики» поедет в лаборатории — совершенно странном помещении, которое хоть и имеет койки, но жильем может быть названо с очень большой натяжкой. Тем не менее, со временем все там более-менее устроились. Правда, вот, мы как-то не подумали, что на корабль (да и в экспедицию тоже) надо взять с собой тапки. Так и ходили в ботинках и кроссовках.



Разместившись в каютах и слегка осмотревшись, мы выяснили, что кормят на Сомове четыре раза в день – завтрак, обед, что-то вроде перекуса, и ужин. Кормят, кстати, неплохо. Правда, с промежуточными чаепитиями — проблема. Воду кипятить просто негде. Самые опытные пассажиры взяли с собой личные электрические чайники, а неофитам пришлось обходиться единственным общественным, стоящим в каком-то непонятном подсобном помещении.

Столовых там две. Одна для плебса, а вторая для патрициев. Мы питались вместе с «чернью». Впрочем, вместе с нами в столовой почему-то оказались два кинооператора — Максим Фейтельберг и Александр Прилуцкий. С ними мы в основном и общались. С остальным народом как-то еще не было повода познакомиться.









Разобравшись с местным бытом, и устроившись в каютах, мы, наконец, смогли расслабиться и предаться безделью. Мы спали, смотрели бесконечные киношки (и даже, о ужас!, все серии Звездных войн), выгуливали Севу, фотографировали море, корабль и пролетающих птиц, и занимались всякой ерундой.













Впрочем, развлечения там тоже были. Например, с нами на Сомове ехал епископ Нарьян-Марский и Мезенский Иаков, который просил называть себя не иначе как Владыко.







Так вот, епископ не только ежедневно устраивал молебны, но и как-то раз прочел по громкой связи весьма запутанную лекцию о вреде курения. Признаюсь, мне было интересно послушать, какие доводы он приведет, но, честно говоря, — не осилила, уж больно все было мудрёно. Как-то не ожидала услышать одновременно и отсылки к верованиям древних латиноамериканских индейцев (ясен пень – язычников) и к тому, что сигарета – это дьявольская труба, которая извергает дым из утробы грешника.

Помимо епископа, развлечения нам подкидывал и капитан Сомова. Например, он решил устроить учебную тревогу на корабле, в рамках которой народ собрали в столовой и пофамильно объявили, кому какую шлюпку надо будет занять.





На следующий день в урочный час прозвучал сигнал, и народ, на удивление централизованно, пришел в столовку, после чего все также сообща прошествовал на палубу и, погрузившись в шлюпки, нервно улыбаясь, несколько минут просидел в полутьме.













Наконец, всем разрешили вернуться в каюты, и пассажиры, с облегчением вздохнув и расслабившись, с чувством выполненного долга рассосались по судну.









После этого капитан вызвал кое-кого из начальства и журналистов к себе в каюту, а я туда заявилась за компанию, без спроса, совершенно наглым образом сев прямо перед капитаном, и изобразив фотокорреспондента, щелкающего все вокруг. Капитан рассказал о том, как будет проходить процесс подхода к ледовому причалу, а также последующей разгрузки. И даже показал несколько фотографий того, как ледокол как-то раз уже помогал Сомову преодолеть ледовые препоны и подойти к земле, толкая его носом в корму.







Так и проходили наши дни, пока корабль не миновал Новую Землю, и на море не начал появляться лед. На завтра обещали встречу с ледоколом, и мы решили лечь пораньше, чтоб с утра застать его приход.



ЗЫ, если что, про то что мы делали на ЗФИ и как оказались на Сомове, я писала тут.
Tags: Арктика, Греэм-Белл, ЗФИ
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 64 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →